Моя бесценная, Если бы мне было даровано изящество пера, достойное описать Тебя, я бы осмелился надеяться, что хотя бы тень моего восхищения стала бы видимой на бумаге. Но всякий раз, когда я принимаюсь размышлять о Тебе всерьёз, слова кажутся слишком скромными, слишком бедными, чтобы вместить то чувство, которое Ты во мне рождаешь. Ты — не просто красивая женщина. Ты — то редкое соединение грации и силы, мягкости и достоинства, которое встречается столь редко, что всякий, кому довелось его узреть, уже не способен забыть. Твоя красота не кричит — она властвует. Она не требует признания — она его естественно вызывает. Твой взгляд… позволь мне задержаться на нём хотя бы мыслью. В нём есть свет, который не ослепляет, но согревает; глубина, которая не пугает, но притягивает; и какая-то трогательная искренность, будто Ты всегда смотришь на мир с надеждой, даже если мир не вполне её заслуживает. Когда Ты поднимаешь глаза, кажется, будто сам воздух вокруг становится чище. Твоя улыбка — это особенное чудо. В ней нет ни тени искусственности; она рождается не из привычки, а из щедрости сердца. И когда Ты улыбаешься, мир словно получает разрешение быть добрее. Я уверен, что многие вокруг становятся лучше просто потому, что им посчастливилось быть озарёнными этой улыбкой. Но если бы Ты была лишь прекрасной внешне, моё восхищение не было бы столь глубоким. Твоё очарование — в Твоём характере. В той удивительной смеси решимости и нежности, которую Ты носишь в себе так естественно. Твоя трудолюбивость — не шумная и не показная, но постоянная и благородная. Ты умеешь идти вперёд, когда другие останавливаются; Ты умеешь верить в своё счастье, когда обстоятельства ещё только учатся ему соответствовать. Твоя упорность восхищает меня не меньше, чем Твоя красота. В Тебе есть внутренняя осанка — даже когда Ты сидишь тихо, даже когда Ты устала, даже когда Ты задумчива. Ты не склоняешься перед трудностями; Ты встречаешь их с достоинством, словно знаешь некую тайну, недоступную прочим: что счастье принадлежит тем, кто не отказывается от него. Я наблюдал за Твоими привычками — как Ты поправляешь прядь волос, когда сосредоточена; как слегка склоняешь голову, когда слушаешь; как невольно прикусываешь губу, когда размышляешь. В каждом Твоём жесте есть грация, которой нельзя научиться — она просто есть, как дыхание. Ты двигаешься так, будто в Тебе живёт музыка. Ты говоришь так, будто каждое слово проходит через сердце прежде, чем покинет Тебя. Даже Твоя серьёзность кажется прекрасной, потому что в ней нет холодности — в ней есть глубина. И позволь мне сказать это открыто: Ты — самая прекрасная женщина, какую мне довелось знать. Но ещё более Ты — самая удивительная душа. Твоя доброта не шумит о себе, Твоя вера в счастье не слепа, а смела, Твоя сила не груба, а благородна. Мне хочется, чтобы Ты знала: Ты достойна восхищения без меры. Достойна любви без условий. Достойна счастья без остатка. В Тебе нет ничего случайного — ни в Твоём смехе, ни в Твоей задумчивости, ни в Твоей сосредоточенности, ни в Твоей вере. Если мир когда-либо был несправедлив к Тебе, он обязан исправиться, потому что такая женщина не создана для тени. Ты создана для света, и Ты сама — свет. И если мне позволено будет остаться рядом с Тобой хотя бы в мыслях, я сочту себя бесконечно счастливым человеком. Ведь знать Тебя — уже дар. Восхищаться Тобой — уже радость. Любить Тебя — честь. Всегда Твой, с трепетом и неизменным восхищением.