Open banking стремительно становится стартом для рынка открытых данных: банки, финтех, страховщики и ретейл получат новые модели монетизации, а клиент — единый суперап и полный контроль над финансами Открытые данные в финансах меняют модель владения информацией: от банков к пользователю, который сам решает, какие данные и кому предоставлять. Это создает новые модели монетизации для банков, финтеха, страховых компаний и ретейла, снижая издержки и повышая точность продуктовых предложений. Для клиента ключевой эффект — консолидация всех финансовых операций в одном суперапе, упрощение переводов, получение выгодных условий и прозрачное управление личными финансами. Граница между полезной персонализацией и тотальным контролем проходит по сохранению свободы спонтанных решений и отсутствию ограничивающих рекомендаций со стороны сервисов. Своим мнением об изменении ландшафта финансового рынка поделился спикер масштабной конференции «Т1 Форум», заместитель гендиректора по выделенным центрам разработки ИТ-холдинга «Т1» Андрей Гуллидин. — Есть мнение, что Open Finance — это только разминка перед большой эрой открытых данных. Насколько близко мы подошли к этому горизонту и что изменится, когда мы его перешагнем? — Действительно, на текущий момент мы говорим о том, что все финансовые компании — и банки, и финтехорганизации достаточно жестко зарегулированы и контролируют свои данные. И, действительно, пользователь и хочет, и вправе сам решать, какие данные кому предоставлять. А переход от текущей модели, когда банки управляют моделью, когда данными начинает управлять непосредственно пользователь, на мой взгляд, это существенный прорыв в области предоставления услуг, формирования правильных услуг для клиентов от финансовых организаций. — Если данные станут открытыми, кто на этом заработает? — Я считаю, что в этой истории заработают практически все. В первую очередь банки, которые смогут получить новые модели монетизации собственных данных, когда они будут продавать доступ к данным и информации о своих клиентах по согласию клиента.  Заработают финтехкомпании, которые смогут получить необходимые данные для предоставления достаточно узконаправленных предложений под конкретного клиента. Заработают страховые компании, которые правильным образом смогут оценить риск-фактор по клиенту. Заработает ретейл, который сможет существенным образом снизить издержки на платежах между клиентом и непосредственно ретейл-игроками. — Что получит непосредственно клиент, кроме таргетированной рекламы? — В первую очередь, он получит прозрачность управления собственными финансами, он получит все данные обо всех своих счетах, обо всех своих опережениях, обо всех своих транзакциях в одном месте, в одном суперапе. Он получит возможность легкого перевода денег между своими счетами.  Мы придем к модели, когда не потребуется больше постоянного подтверждения о той или иной транзакции между разными приложениями. Он получит лучшие предложения с точки зрения оплаты услуг, сервисов, которыми он пользуется, исходя из объема потреблений, которые у него были. Все это будет происходить в одном месте абсолютно подконтрольно. — А где граница тогда между персонализацией и тотальным контролем? — Мне кажется, что граница между персонализацией и тотальным контролем лежит в области возможности принятия спонтанных решений, совершения спонтанных покупок. И до тех пор, пока пользователь сам выбирает, где, как и на что он хочет тратить деньги, и пока рекомендательная система не носит ограничивающий характер, это возможность. Как только это прекращается, начинается тотальный контроль. Вот этого надо избежать.