«Рядом спал сторож… Его звали Эфроим. Невероятный дурак. И он всегда, когда Шагал писал свои полотна, он стоял и смеялся. А Шагал спрашивал: „А над чем ты смеешься?“ И Эфроим ему отвечал: „Не знаю, что смешнее: вы или то, что вы делаете“», — вспоминает Александра Азарх-Грановская в пятой беседе. Эта запись полностью посвящена первым месяцам работы Государственного еврейского театра, а также личности и творчеству знаменитого художника Марка Шагала, который начал работать в Московском ГОСЕТе с первых дней существования.При записи беседы присутствовала Н. И. Нисс-Гольдман.При подготовке беседы использовались комментарии В. Хазана и Г. Казовского из книги Азарх-Грановская А. В. Воспоминания. Беседы с В. Д. Дувакиным. Мосты культуры / Гешарим, Москва/Иерусалим, 2001.
Плейлист
Устная история
«Рядом спал сторож… Его звали Эфроим. Невероятный дурак. И он всегда, когда Шагал писал свои полотна, он стоял и смеялся. А Шагал спрашивал: „А над чем ты смеешься?“ И Эфроим ему отвечал: „Не знаю, чт...
Четвертая беседа с театральным режиссером и педагогом Александрой Азарх-Грановской посвящена истории еврейского театра в целом и Государственного еврейского театра в частности. Собеседница Виктора Дув...
Беседа с Василием Петровичем Комардёнковым продолжается воспоминаниями о Владимире Маяковском. Комардёнков вспоминает поэта за бильярдом, во время заседаний Института художественной культуры и во Всер...
В третьей беседе театральный режиссер Александра Азарх-Грановская рассказывает о двух своих встречах с поэтом Николаем Гумилевым. Первая состоялась 30 августа 1918 года, в день убийства Урицкого, на п...
В послевоенных воспоминаниях Сергея Макашина драматизм личной судьбы приобретает буквально библейский оттенок. Он неоднократно повторяет слово «чудо», рассказывая о неслучайных спасительных случайност...
В оригиналах записи второй беседы с театральным режиссером и педагогом Александрой Азарх-Грановской также был обнаружен довольно любопытный ранее не опубликованный фрагмент. Он посвящен атмосфере в до...
Первая беседа с художником Василием Петровичем Комардёнковым — о «волшебном мире» и его добром швейцаре, «буйной молодежи» на Кузнецком и несостоявшейся площадной постановке.Комардёнков вспоминает, ка...
Почти с самого начала, в день беседы 8 июля 1968 года, между Виктором Дувакиным и театральным режиссером Александрой Азарх-Грановской устанавливаются очень доверительные отношения. Собеседница открыто...
Почти с самого начала, в день беседы 8 июля 1968 года, между Виктором Дувакиным и театральным режиссером Александрой Азарх-Грановской устанавливаются очень доверительные отношения. Собеседница открыто...
Четвертая беседа с почвоведом Глебом Всеволодовичем Добровольским посвящена третьему тридцатилетию его жизни — годам интенсивной работы в университете, академической деятельности и многочисленным эксп...
В третьей беседе почвовед Глеб Всеволодович Добровольский вспоминает, как вернулся в науку после семи военных лет. Тогда началась его «творческая научная жизнь», состоявшая и из полевой работы — иссле...
Как из Сталина и Жданова получается Лосев и в каком городе случилась хамская революция? В третьей беседе с лингвистом Олегом Широковым принимает участие его жена и коллега — лингвист Аида Широкова. Он...
В этой беседе Марина Свидерская продолжает рассказ о том, как разочарование в театральной карьере почти случайно привело ее в искусствоведение. Она вспоминает, как поступала на истфак МГУ и оказалась...
В седьмой беседе Арий Ротницкий продолжает вспоминать о писателях, поэтах и их родственниках, с которыми сталкивался за время своей долгой карьеры в Литфонде, демонстрируя удивительную для почти девян...
В вомьмой беседе Сергей Макашин завершает рассказ о войне и, поскольку со времени предыдущей записи прошло около четырех месяцев, несколько эпизодов он пересказывает заново, добавляя детали. Воспомина...
В этой, седьмой, беседе Сергей Макашин продолжает тяжелый рассказ о немецком лагере для военнопленных Stalag IV-B, куда он попал раненым осенью 1944 года. Случайно принятый за француза, Макашин оказал...
В шестой беседе Арий Ротницкий продолжает рассказывать об известных писателях, поэтах и их родственниках, с которыми ему довелось познакомиться за годы своей долгой работы в Литфонде. Он много времени...
В первой беседе Олег Гребенщиков и Виктор Дувакин намечают темы для будущих встреч, осторожно обходя опасные эпизоды биографии: генеральскую службу отца, его участие в Добровольческой армии и годы Гра...
Вторая беседа с Глебом Всеволодовичем Добровольским — об МГУ, армии и любви. Добровольский вспоминает учебу на почвенно-географическом (а позже — геолого-почвенном) факультете, ярких преподавателей, а...
Почвовед Глеб Всеволодович Добровольский разделял свою жизнь на три больших этапа: юношеские учебные годы, период исследовательского становления и время напряженной академической работы. В первой бесе...
В шестой беседе с Сергеем Макашиным сплетены две принципиально разные главы его жизни. Одна связана с предвоенной работой над некрасовскими томами «Литературного наследства», сложными отношениями с Ко...
Первая и единственная беседа с Маргаритой Эглит посвящена механико-математическому факультету МГУ. Среди преподавателей, которых вспоминает Эглит, легенды мехмата — Андрей Колмогров, однажды передумав...
Вторая беседа с лингвистом Олегом Широковым посвящена его учителям и разным традициям преподавания — от «сельского просветителя» Ивана Фокина из деревни Гора-Новосёлка до больших ученых, профессоров ф...
В первой беседе Игорь Пальмин рассказывает о родителях-актерах, их кочевой жизни и о том, как рано стало ясно, что он непригоден к публичной профессии. Вспоминает довоенные Таганрог и Воронеж, начало...
В пятой беседе Арий Ротницкий продолжает рассказывать о писателях, поэтах и их потомках, с которыми ему доводилось встречаться за долгое время работы в Литературном фонде. На этот раз он вспоминает о ...
В основе этой беседы рассказ академика Михаила Островского о его учителе, Вере Георгиевне Самсоновой, личности уникальной и почти забытой, ставшей связующим звеном между несколькими научными эпохами....
В четвертой, заключительной, беседе Ангелина Васильевна, не без должных преувеличений, рассказывает о зарубежных ценителях, стремившихся приобрести полотна Фалька уже после его смерти. Так, итальянски...
В третьей беседе Ангелина Щекин-Кротова обсуждает с Дувакиным гостей, которые бывали в мастерской Фалька и служили моделями его портретов. Среди них: поэтесса Ксения Некрасова, с «первобытной» цельнос...
В пятой беседе Сергей Макашин рассказывает о создании трехтомника «Русская культура и Франция» для серии «Литературное наследство». Это история началась с абсурдного фейка в западной газете о кутежах...
В четвертой беседе Арий Ротницкий продолжает рассказ о писателях и их близких, с которыми познакомился в годы работы в Литфонде. Он вспоминает Александра Серафимовича и его жену Феклу Родионовну, Вике...